Содержание материала

В оказании помощи больным в фебрильный период, наряду с основными терапевтическими мероприятиями, направленными на поддержание функций жизненно важных органов и систем, большая роль отводилась уходу. Полноценный уход за больными включал в себя санитарно-гигиенический режим, полноценное питание, выполнение лечебных назначений, наблюдение за больными, предупреждение возможных осложнений. В психиатрической практике вопросы ухода за больными, находящимися в критическом состоянии, имеют особое значение. Как показывает опыт, жизнь больных шизофренией, находящихся в фебрильном статусе, в значительной степени зависит от полноценного ухода.
Частыми осложнениями, развивающимися на 3—7 день фебрильного периода, являлись трофические нарушения в виде пролежней. Типичными местами возникновения пролежней были крестец, ягодицы, боковые поверхности таза и бедер, области пяток, а также места фиксации больных. Поверхность области поражения достигала 15x20 см, а глубина некроза — до 2—2,5 см. Лечение пролежней проводили по следующей схеме: обработка пролежня 3 % раствором перекиси водорода до очищения пораженного участка от гноя и свободно отделяющихся некротизированных тканей, высушивание раневой поверхности сухой стерильной салфеткой, обработка 4 % раствором перманганата калия (2 раза в сутки до образования плотного струпа). Обычно струп образовывался на 2—3 сутки. Образовавшийся струп частично иссекали. На пораженное место накладывали повязку с каротолином, которую меняли 1 раз в сутки; эффективным было также использование медовых аппликаций или солкосерила. Через 3—4 дня струп полностью лизировался, а на 7—8 сутки от начала терапии появлялись свежие грануляции.
Больным с фебрильными приступами с первых же дней проводились мероприятия по предупреждению кожных трофических нарушений. Одними из основных мер профилактики пролежней являлись частая, не реже 6—8 раз в сутки, смена положения тела, вибромассаж, тщательная обработка кожи.
При оказании экстренной помощи больным, находящимся в возбужденном состоянии, проводили жесткую фиксацию, исключающую самоповреждения и дающую возможность проведения интенсивной терапии в полном объеме. Методика фиксации больных, принятая в обычной психиатрической практике, неоправдывала себя у больных с выраженным возбуждением при нарушенном гомеостазе, так как быстро приводила к дальнейшему нарушению кровоснабжения тканей и трофическим нарушениям. С целью предупреждения возможных трофических нарушений была разработана методика фиксации больных за верхние и нижние конечности путем бинтования голеностопного и лучезапястного суставов в виде 8-образной повязки, под которой пропущена широкая матерчатая лента, фиксируемая к кровати. Система щадящей фиксации ограничивала движения больных, давая возможность проведения мероприятий и исключала самоповреждения. При необходимости фиксировать больного в строго лежачем состоянии применяли отрезок широкой материи, пропущенной под спиной больного, выходящий на переднюю поверхность через подмышечные впадины и крепящиеся у головного конца кровати. Для предупреждения сдавливания подкрыльцовой артерии и вены, подмышечная впадина заполнялась ватным валиком.  При необходимости проведения длительных инфузий в локтевую вену использовали гипсовую лангету, в которую укладывали и фиксировали путем бинтования верхнюю конечность больного. Повязка открывала доступ к пунктируемой вене и ограничивала сгибание конечности, исключая самоповреждение.
В ряде случаев для проведения длительной интенсивной инфузионной терапии применяли и методику катетеризации центральной вены, которая требовала особого ухода. Место катетеризации дважды в сутки обрабатывали раствором йода и спиртом, накладывали асептическую наклейку. В перерыве между инфузиями катетер заполняли раствором гепарина. Длительность пребывания катетера ограничивали 7—12 сутками, затем при необходимости производили замену его с изменением места введения.
Превентивные меры по предупреждению интеркуррентных инфекций, в первую очередь, пневмоний включали назначение антибиотиков и бронхолитиков, баночный, вибрационный массаж, частую смену положения тела. Важным аспектом профилактики гнойно-септических осложнений являлась своевременная катетеризация мочевого пузыря, что исключало возможность мацерации и инфицирования трофических поражений кожи. Катетеризацию мочевого пузыря проводили пластиковым катетером типа Фаллея. Промывание мочевого пузыря осуществляли антисептическими растворами, либо растворами антибиотиков 2 раза в сутки. Манжету катетера опорожняли 2 раза в сутки на 2—3 часа для профилактики пролежней мочевого пузыря и восходящей инфекции мочевых путей.
Полноценное питание являлось важной задачей в ведении больных в фебрильном периоде. Сохранение функциональных возможностей желудочно-кишечного тракта предопределяло проведение наряду с парентеральным, более физиологического энтерального питания высококалорийными смесями через зонд. Для этого использовали пластиковый назогастральный зонд, длительность пребывания которого составляла 7—10 суток.
Парентеральное питание было направлено на обеспечение организма субстратом окисления и пластическим материалом. Для покрытия суточной потребности в энергии (около 1800 ккал), при отсутствии в составе парентерального питания жировых эмульсий, использовали 10—20—40 % растворы глюкозы с добавлением инсулина по 1 ед на 2 г сухого вещества, 10 и 20 % раствор фруктозы, 5-20 % раствор сорбита. Введение углеводов чередовали с жировыми эмульсиями, которые дают наибольший энергетический эффект (1 г жира — 9,3 ккал). Больным вводили липофизан, липофундин в виде 10 и 20 % растворов.
Вышеописанная система комплексной интенсивной терапии является лишь принципиальной схемой. Объем, последовательность и интенсивность терапевтических мероприятий должны быть в каждом случае строго индивидуальны и определятся динамикой лабораторных показателей и рядом описанных выше клинических факторов.