Содержание материала

Диссоциацией называется процесс, который трудно описать: то, что объединено, здесь распадается; совмещенные психические процессы разрываются на отдельные части (это не похоже на расщепление при шизофрении); из полноценной жизни что- то выпадает и это полностью не осознается. Эта психодинамическая модель родственна таковой при конверсионных реакциях (см. выше), которые проявляются соматическими симптомами, а при диссоциативных нарушениях касаются психических функций, особенно самооценки. К диссоциативным принадлежат описываемые ниже нарушения.
Псевдодеменция (синдром Ганзера; МКБ 10: F44.80): казалось бы, простые мыслительные операции невозможны, в том числе самые очевидные. Характерно «мимоговорение»: ответ очень близок к правильному, например 3 х 6 = 19 или 17. Эта диссоциативная, или истерическая, псевдодеменция отличается от органической демонстративным поведением, бьющим на взывание к жалости. Ее не следует смешивать с так называемой депрессивной псевдодеменцией. С псевдодеменцией сходна диссоциативная утрата памяти.
Диссоциативная (психогенная) утрата памяти (амнезия; МКБ 10: F44.0): прошлое не вспоминается, даже важные личные даты не воспроизводятся. Это беспамятство бывает парциальным, часто касается лишь какого-то одного периода жизни (частично в связи с тяжелыми переживаниями). Ей родственны психогенные сумеречные состояния.
Психогенные сумеречные состояния (МКБ 10: F44.88): пациент кажется дезориентированным, во всяком случае частично, как в сумерках. Такое состояние длится от нескольких часов до нескольких дней. С этим может быть связана диссоциативная фуга.
Диссоциативная фуга (блуждание, пориомания; МКБ 10: F44.1): как и при сумеречном состоянии, больной убегает или уезжает куда-то, иногда достаточно далеко, но держится упорядоченно и малозаметно, пока снова «не приходит в себя». При этом наблюдается описанная выше частичная и необратимая амнезия.
Диссоциативный ступор (МКБ 10: F44.2): больной лежит, казалось бы, безучастный и ни на что не реагирующий, иногда активно отворачивается. Диссоциативный ступор отличается от кататонического большей выразительностью.
Эти диссоциативные синдромы, которые иногда переходят один в другой, встречаются только у молодых людей. Описанные нарушения, хотя и не полностью осознанны, но часто так близки к осознанным, что возникает подозрение в симуляции. Выразительность содержания и легко распознаваемая тенденциозность поведения (польза от болезни) позволяют видеть их близость к другим «истерическим» расстройствам. У некоторых больных определяются (в большинстве случаев легкие) органические нарушения. Обусловленная этим редукция интеллектуальной деятельности в целом и особенно в отношении преодоления проблематичных ситуаций способствует готовности к такого рода реакциям.
Диссоциативное идентификационное расстройство (множественная личность; МКБ 10: F44.81) — это крайнее выражение диссоциативных нарушений: в одном индивидууме сосуществуют две (или больше) личности, чередуясь одна с другой. При этом одна из них не хочет ничего знать о другой (так называемое альтернирующее сознание). Но эти описания скорее всего приукрашены. Такие редкие драматические картины болезни описывались как в психиатрической, так и в художественной литературе; многие подобные феномены близки к симуляции. Феномен диссоциированной личности очень сильно зависит от специфики культурных условий, реакции окружающей среды и от отношения к нему врачей. Так, во время психотерапии пациенты могут артистическим образом менять стиль своего поведения (как артист свою роль, что говорит о истероидном, демонстративном поведении). В повседневных условиях встречаются случаи двойной жизни. Например, днем — это дама, а ночью — проститутка или днем — благородный человек, а ночью — преступник, а также, с одной стороны, любящий родитель, а с другой — деспотичный шеф.
Рассматривая психодинамический аспект проблемы, можно считать, что непереносимый аффект или невыполнимые стремления приводят к созданию образа другой личности, в то время как претензии своего Сверх-Я остаются неизмененными. Такая реакция нередко бывает заложена в травматическом жизненном опыте, полученном ребенком.