УДК 61:931:008(47+Б7)
Проф. Б. Д. Петров (Москва)
ЗАДАЧИ ИСТОРИИ МЕДИЦИНЫ В ПЕРИОД ПЕРЕСТРОЙКИ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ

В период перестройки и гласности нам стали доступны многие архивы, опубликованы санитарно-статистические данные о важнейших процессах борьбы за здоровье народа, к нам вернулись труды незаконно репрессированных работников медицины. В этих условиях история медицины и здравоохранения может сыграть большую роль как для предотвращения возможных ошибок, так и для поисков путей их исправления.
Что нам предстоит сделать? Что является главной задачей? Какие задачи стоят перед историей медицины и здравоохранения?
Главная задача — заново осмыслить прошлое; заново переписать историю здравоохранения и медицины с учетом вновь открывшихся фактов и ставших известными документами; выяснить причины недостатков и провалов, приведших к появлению кризисных явлений в здравоохранении.
Предпосылка успеха — внимательное изучение тех периодов, когда советское здравоохранение добивалось крупных достижений, например в борьбе с эпидемиями в тяжелейших условиях гражданской войны или в помощи раненым в годы Великой Отечественной войны.
Опыт прошлого надо поставить на службу будущему. «Люди хотят больше знать о прошлом, настоящем и будущем страны,— было отмечено на июньском (1987 г.) Пленуме ЦК КПСС,— острее и пристальнее стало внимание к общественным и государственным делам, к мировоззренческим и морально-этическим проблемам»1. 
Из ленинской концепции социализма вытекает и ленинское понимание сущности здравоохранения, о чем свидетельствуют решения Пражской партийной конференции 1912 г.
Нельзя забывать драгоценный опыт советского здравоохранения, в особенности первого периода его развития, когда еще был жив Ленин, — нельзя недооценивать этот период. Следует помнить, что выдающийся зарубежный историк медицины Г. Сигерист после посещения СССР и ознакомления с советским здравоохранением сделал вывод: «Все, что было достигнуто до сих пор, за 5000 лет медицины, является только первой эпохой — периодом лечебной медицины. Теперь новая эра, период профилактической медицины, который начался в Советском Союзе». Эти слова были верны в 1935 г., они верны и сейчас.
Огромный положительный опыт, накопленный советским здравоохранением, недопустимо забывать, следует внимательно изучать причины и факторы успехов, выявлять, какие условия им содействовали: умелое руководство, привлечение масс, опора на ленинские указания, умелое сочетание централизма и инициативы на местах. Недостатки, выявленные в период гласности, не отменяют тех чрезвычайно важных, положительных сдвигов, которых советское здравоохранение добилось в первые десятилетия своего существования.
Должен быть внимательно изучен период застоя. Негативные явления прошлого изучать надо, в частности, для того, чтобы уметь с ними бороться и ликвидировать их последствия. Период застоя привел к кризису здравоохранения. Он проявился в повышении заболеваемости и смертности, особенно детской, и в беспомощности санитарной службы, в серьезных провалах в постановке лечебного дела, справедливо вызывающих нарекания населения. Очень веско в этой связи мнение Е. И. Чазова: «Причины застоя — отсутствие концепции здравоохранения, отсутствие глубоко продуманной, научно обоснованной стратегии здравоохранения. Планы, выдвигавшиеся органами здравоохранения, то в одной, то в другой пятилетке лишены продуманной стратегии, лишены глубокого понимания возможных резервов и методов, которые позволили бы поставленные цели достигнуть с наибольшим успехом»1.
Именно отсутствие концепции, отсутствие стратегии привело к шараханью от одного лозунга к другому, от одной крайности к другой. Решение о ликвидации социальной гигиены как дисциплины и предмета преподавания — одно из решений, которые дорого стоили советскому здравоохранению. Социал-гигиенический метод недооценивался: посчитали, что достаточно ограничиться дисциплиной «Организация здравоохранения». Социальная гигиена была вычеркнута из учебного плана и само существование этой дисциплины было поставлено под сомнение.
В первом советском руководстве по социальной гигиене имелся раздел «Алкоголизм и борьба с ним». Впоследствии он был изъят. Был раздел «Половой вопрос как проблема коллективной жизни», который также был изъят. Многие годы выпускники медицинских институтов входили в жизнь без знаний о природе здравоохранения, о его социальных задачах.
Дело не только в том, что был причинен ущерб дисциплине — был нанесен удар по концепции здравоохранения. Врачи нуждались в усилении социал-гигиенического подхода к процессам заболеваемости. Как это важно — хорошо показали кардиологи и онкологи, которые в последние 10— 15 лет успешно применяют именно социал-гигиенический подход к изучению сердечно-сосудистых и онкологических заболеваний.

1 Советское здравоохранение.— 1989.— № 2.— С. 3—20.

Выводы из неудач диспансеризации в 20-е годы не были сделаны. Когда в новых условиях диспансеризация была опять выдвинута на первый план и был опубликован план всеобщей диспансеризации на много лет вперед, то первый же практический опыт показал, что план нереален, не подкреплен ни кадрами, ни наличием лекарственных средств и др. Появились уточнения: сообщалось, что диспансеризацию надо проводить поэтапно. Дело дошло до решительных возражений, статей, доказывающих, что диспансеризация несвоевременна, что от нее нужно вовсе отказаться. Подытожил эти соображения министр здравоохранения СССР Е. И. Чазов в статье «Формула здоровья»: «От скоропалительного введения всеобщей диспансеризации мы отказываемся, это только дискредитирует хорошее дело. Будем вводить постепенно, с появлением на местах соответствующих условий. Думаем полностью справиться к 1995 году»1.
Объединение больниц и поликлиник — другой подобный пример. Был выдвинут тезис, что главное звено в здравоохранении — больница. Объединение больниц и поликлиник объявлялось генеральной линией и что с чем только не объединялось, включая объединение больниц с санэпидстанциями! Основное поле боя с заболеваемостью за здоровье людей — поликлиническая, амбулаторная помощь оказалась отодвинутой на второй план со всеми вытекающими отсюда последствиями. Верная мысль о необходимости сблизить поликлиническую и больничную помощь, осуществляемая под нажимом, в стремлении объединить их во что бы то ни стало приводила к ухудшению положения дел.
 Недооценка зарубежного опыта как капиталистических, так и социалистических стран также дорого нам стоила.

1 «Правда», 1987, 23 апреля.

Вместе с тем отметить следует, что в ряде стран очень внимательно изучали опыт советского здравоохранения. В социалистических странах сложилась традиция брать лучшее из этого опыта и применять в условиях своей страны.
Недостатки стратегии, отсутствие концепции приводили к просчетам как в теории, так и в практике. Сама мысль о необходимости строить здравоохранение так, чтобы все его звенья (в том числе санитарное) были направлены на сохранение природы, отсутствовала. Армия врачей не была ориентирована в этом направлении. Тревогу подняли писатели, заявившие о гибели Байкала, Арала, об ущербе, наносимом природе из-за непродуманных проектов поворота рек и т. д. Благодаря бесконтрольным действиям хозяйственников и пассивности санитарной службы воздух, почва, вода оказались незащищенными. В десятках городов ПДК не только не соблюдались, но оказывались превышенными в 5, 10, 20 раз. Вода, почва, воздух стали источниками массовых заболеваний.
Проблемы национальных взаимоотношений, приобретающие все большее значение, обязывают нас с особым вниманием относиться к национальному аспекту истории медицины и здравоохранения. В некоторых союзных республиках созданы обстоятельные труды, посвященные прошлому медицины и здравоохранения республик. Сделано много, накоплен большой материал, отдельные частные проблемы этой богатой и разнообразной истории изучены с достаточной полнотой, например наследие Авиценны-Ибн Сины в Средней Азии. В других республиках работа эта за последнее время значительно ослабла. Кто взял на себя труд защитить народ от эпидемий, болезней? Кто возглавил борьбу за здоровье детей и женщин? Кто обеспечил создание медицинских национальных кадров? Кто были первые врачи данной национальности, первые кандидаты и доктора наук своего народа? Вопросы эти очень важны для воспитания нового поколения медиков.
Становление здравоохранения в национальных республиках, создание первых научно-исследовательских учреждений, вузов происходило при самом активном участии ученых, организаторов здравоохранения Москвы, Ленинграда, Киева. Изучение этого процесса очень важно. Подготовка национальных кадров медиков — крупнейшее достижение здравоохранения советских республик — остается важнейшей задачей. Нет необходимости доказывать, какое большое значение имеет возможность беседовать с больным на его родном языке. История воспитания национальных кадров — это, как правило, история, изобилующая примерами самоотверженной и героической работы.
Общесоветская культура выступает как синтез национальных культур. Происходит взаимное влияние и обогащение национальных черт социалистической культуры, каждая республика пользуется достижениями других республик, но располагает и своим опытом, который важно осветить и проанализировать и тем самым поставить на службу всему советскому народу. В этой связи заслуживает внимания ценный опыт Украины. Министр здравоохранения Украины А. Е. Романенко в особом приказе обратил внимание медицинских организаций республики на необходимость собирать исторические документы, систематизировать их, на их основе создавать историю больниц, поликлиник, санэпидстанций, историю здравоохранения городов и областей. Приказ этот энергично выполняется.
 Какие выводы можно сделать, знакомясь с историко-медицинской литературой последних лет? Здесь несомненно значительное оживление: опубликовано много монографий, руководств, диссертаций и статей, с разных сторон освещающих историю отечественной медицины и здравоохранения. Среди них такие солидные труды, как «70 лет Советского здравоохранения (1917—1987 гг.)», монографии «Здравоохранение и медицинская наука Украинской ССР» (Киев, 1987 г.), «Военная медицина и советское здравоохранение в Великой Отечественной войне (1941 —1945 гг.)» (Л., 1985 г.) и десятки других.

Однако необходимо отметить недостатки литературы по истории здравоохранения. Главный недостаток —  формализм, увлечение описанием успехов, некритическое рассмотрение процессов. История здравоохранения города, области, больницы, республики пишется в академически спокойных тонах, как будто не было ни конфликтов, ни провалов, ни ошибок и заблуждений. Вопрос не в том, чтобы избежать очернительства, запоздалого осуждения неудач прошлого, а в необходимости вдуматься в причины этих ошибок и заблуждений. Часто равнодушие, нежелание идти на риск были тому причиной.
Недостаток вышеуказанной литературы и в том, что она, отражая веяния застойного периода, уделяет много внимания волевым решениям того или иного руководителя и зачастую забывает об истинных создателях успеха — о преданных делу врачах, их усилиях и героизме. Вся история советского здравоохранения свидетельствует о том, что коллективы — сплоченные, правильно ориентированные — демонстрировали наибольшие достижения. Между тем в литературе именно коллективам уделено меньше всего внимания. Сложный процесс взаимосвязей между руководителем и коллективом, один из главных залогов успеха, заслуживает внимательного изучения.
Период гласности позволяет дать верную оценку важным событиям прошлого. Известная сессия ВАСХНИЛ, не менее известная Объединенная сессия двух академий, посвященная павловскому учению, только теперь получили подлинную оценку: были вскрыты многие отрицательные влияния этих сессий на развитие биологии и медицины. Теперь появилась возможность исследовать их последствия.
На страницах журналов вновь появились имена, вычеркнутые в свое время из жизни,— имена репрессированных ученых и врачей, воскрешаются их труды, идеи. Задача не только в том, чтобы восстановить в картине прошлого участие этих деятелей в развитии науки, но и в том, чтобы выяснить, как и в чем пострадали те области знания, в которых они работали. Ведь вычеркивались из жизни целые научные школы, ликвидировались, исключались из научного обихода концепции.
Большую роль могут сыграть общества истории медицины как для восстановления истинной картины развития, так и для ликвидации «белых пятен». Следует не только заниматься изучением негативных процессов, необходимо вспомнить и тех, кто в трудные годы стоял на правильной позиции, проявил мужество в борьбе с клеветой и извращениями, как, например, известный педиатр профессор Г. Н. Сперанский, который на собрании, посвященном так называемому «делу врачей», выступил в решительную защиту профессора В. Н. Виноградова. Принципиальное поведение ученого — вещь достойная и замалчивать подобные примеры не следует.
Высшая медицинская школа переживает кризис; уже намечены планы —  внести серьезные поправки, улучшить ее деятельность, быстрее вывести ее на верный путь. Исторический опыт может в этом помочь. Мысли передовых отечественных деятелей высшей медицинской школы могут очень пригодиться.
Успешным в неблагоприятных условиях может быть путь создания медицинских школ, продуктивных коллективов, действующих по единому плану, стремящихся к единой цели; драгоценный исторический опыт в этой области должен быть взят на вооружение. История дает блестящий пример того, как именно благодаря сочетанию научно-исследовательской и педагогической работы многим ученым удавалось создать большую жизнеспособную научную школу. Но следует отметить, что если история возникновения медицинских школ изучена, то совсем не изучен процесс распада научных школ. Ведь достаточно часто бывало и так, что, возникнув, школа существовала на протяжении одного- двух поколений, а затем исчезала, ликвидировалась. Этот процесс должен быть изучен — понимание того, какие причины его вызывают, позволит продумать меры борьбы с этим достаточно частым явлением.
Угроза бездуховности, нависшая над молодым поколением врачей, остается в силе. Преобладание врачей-творцов сменяется преобладанием врачей-ремесленников. Что противопоставить этому процессу? Здесь следует вспомнить имена Н. И. Пирогова, С. П. Боткина, Г. А. Захарьина, И. М. Сеченова.  Их деятельность дает ответ на этот вопрос. Не следует жалеть усилий для продумывания серьезных, глубоких, основанных на лучших традициях мер борьбы с бездуховностью, мер ее профилактики.
Жизненный путь ученого, факторы, помогающие его формированию, важны и имеют не только историческое, но и педагогическое значение. Но, к сожалению, история жизни ученого нередко подается как история его успехов: следуют одно за другим открытия и достижения, а его внутренняя жизнь остается в стороне. Создается своего рода «житие» ученого, а не правдивая повесть о его трудной, нередко драматичной жизни. Если обобщить подобного рода «жития», то станет ясным, что в основе их лежат теория бесконфликтности, стремление изобразить развитие науки не как процесса борьбы, отстаивания одних принципов и отрицания других, а как гладкое эволюционное течение. Нет необходимости говорить о несостоятельности такой трактовки научного прошлого.
Лучшие представители отечественной медицины всегда были новаторами и стремились этот опыт передать потомкам. Они опирались на общественные силы, вооружая их знаниями. Недостаточное внимание уделяется истории формирования ученого как прогрессивного общественника. Научная биография должна быть страницей истории науки, истории культуры страны, показанной через деятельность ученого. Ученый не должен изображаться одиночкой, вне тех коллективов, с которыми он работал, вне связи с деятельностью других ученых его специальности, с научными обществами, школами, съездами.
Нередко допускается ошибка, когда жизнь и деятельность ученого рассматриваются только в рамках нашей страны. Место ученого в мировой науке, его вклад в решение глобальных проблем должны быть обязательно освещены.
Профессиональных историков медицины очень немного, если учесть ту огромную работу, которую предстоит сделать. Во многих случаях им не под силу при том материале, которым они располагают, дать исчерпывающую картину эволюции какого-либо открытия, истории больницы и т. д. Память — это не сохранение прошлого, это забота о будущем. Из этой мысли академика Д. С. Лихачева вытекает и ответ на вопрос: «Кто должен писать историю медицины?» Нельзя считать, что это задача только профессиональных историков. Историю медицины должны писать те, кто ее делает. Исторический метод должен быть взят на вооружение самыми широкими кругами медиков. Дело обществ историков медицины — помочь этому наметившемуся процессу. Их задача состоит как раз в том, чтобы множить число людей, желающих взяться за перо для создания работ о прошлом.
Страницы истории борьбы армии медиков, их служение народу, их вклад в защиту Родины — прекрасный материал для воспитания новых и новых поколений. Интерес к истории медицины растет. Об этом, в частности, свидетельствует рост тиража «Знаменательных и юбилейных дат истории медицины»: многие годы тираж был в пределах 3— 5 тыс., в 1988 г. он вырос уже до 14 тыс., а в 1989 г.— до 22 тыс.
«Из прекрасных камней прошлого — сложите ступени будущего»,— призывал Ю. Н. Рерих. Богатое и драгоценное прошлое истории отечественной медицины дает большие возможности правильно выбрать пути в будущее.